Тусовался вокруг родительского дома с телеобъективом, снимал птичек. Увидел на заборе соловья – снял. Вдруг подходит ко мне пожилой мужик в майке, спрашивает:

– Соловьёв фотографируете?

– Угу, – говорю.

– А потом где-то печатать будете?

– Вряд ли, – говорю, – я храню снимки… как бы это вам объяснить… в общем, в компьютере.

– А компьютер – это что такое?

Тут подскакивает откуда-то женщина и говорит ему:

– Ой, не задавай таких вопросов, не позорься!

А потом мне:

– Вы извините его. Он и телевизор-то никогда в жизни не смотрел. Это соседи мои, они баптисты, по их вере телевизор смотреть – грех, а о компьютерах они и не слышали.

Я, само собой, извинил.

Русские баптисты, которые, что называется, ещё те, правда не смотрят телевизор, их женщины носят скромные платочки и не пользуются косметикой. Баптисты же, которых обратили уже во времена перестройки западные миссионеры, – более или менее обыкновенные люди, разве только с Библией всюду таскаются… За традиционными русскими баптистами, кстати, я подобной любви к этой книжке не замечал. А ведь, как бы, одна церковь.