В русских низовых языковых практиках слово “тварь” воспринимается почти исключительно как оскорбление, ругательство. Причём в любом контексте. Южнославянская гласная в корне делает собственную семантику этой лексемы непонятной для нашего народа, неузнаваемой. На “Вопросах Мэйл.ру” некий глупец задаёт вопрос христианам: “Как вы можете верить в Библию, если там вас называют тварями? Вы твари?” По сетям гуляет скриншот из “Одноклассников”, на котором националист возмущается якобы отсутствием “территории русского в России” и задаёт читателям вопрос: “Путин тварь?” В фэйсбуке женщина с высшим образованием с гневом отметает попытки объяснить ей значение этого слова, истерит и многажды эмоционально, с кучей лишних восклицательных знаков повторяет, что “тварь” – это оскорбление и только оскорбление, синоним “сволочи”, а про “творение” – это бред. Кто-то ещё соглашается, что тварью “можно называть животное, а человека нельзя”. Ох. Можно дерево, а дуб нельзя.

А ведь по сути-то что говорит человек, когда называет кого-то тварью? Всё весьма просто – сформировавшийся в условиях креационизма и теоцентризма пласт языка этой своей частью напоминает человеку: “В мире всё тварь, кроме Господа, ты тоже, а потому помни об этом и не пытайся делать то, что возможно лишь Богу, но не твари Его”. Проще говоря, называющий вас тварью предполагает, что вы берёте на себя несколько больше, чем вам положено самой природой вещей, напоминает вам, что вы не Бог. Это для вас оскорбительно? Ну-ну.