|
Между прочим приснилось, что я не выспался и потому, когда проснулся, в мире не прорисовывались буквы и цифры. Видимо, у невыспавшегося организма не хватало ресурсов. То есть, весь мир был нормальный, но во всех местах, где должны были бы быть буквы и цифры (в книгах, на ценниках в магазинах, на экране компьютера, на деньгах и т.п.), вместо них были только рядки крестиков. Людей вокруг это совершенно не напрягало, так как они, очевидно являясь программами, считывали текст непосредственно из моего подсознания или кода мира, точно не знаю. В общем, они смотрели на крестики, но спокойно читали, что там написано. А я не мог... Думаю ещё, правда, что всё могло быть устроено иначе: люди не были программами, а просто они работали на полную мощность, а я - в режиме экономии ресурсов. Так или иначе, читать я не мог. Совсем. И это была не безграмотность (я помнил все буквы) - я просто видел крестики вместо букв и цифр. Пришлось снова ложиться спать. Потом проснулся по-настоящему. Сразу посмотрел на коробку от лекарства, в которой стоят карандаши. Буквы были на месте. Успокоился. |
|
гниль как обязанность
ключевые слова: гниль, свобода, общество, мнение, выбор Позавчера я покупал в ларьке орехи. Рядом женщина брала огурцы. "Выберите сами", - сказала ей продавщица. И она выбрала. А я вспомнил, как обычно покупались овощи в советских овощных. В ящике всегда было от 10 до 80 процентов гнили, битых или незрелых плодов. При этом, если ты пытался выбрать, кто-нибудь из очереди непременно начинал возмущаться: "Что вы выбираете?! Вы себе хорошие выберете - а нам одна гниль останется?" Или продавщица фыркала: "Что Вы там копаетесь? Выберете всё лучшее, а как я остальное продавать буду?" Понимате? Общественное мнение было как бы уверено, что, если не есть гниль, то уж во всяком случае платить за гниль - обязанность каждого. Сейчас продавцы тоже иногда норовят подбросить в пакет один плод с битым или подгнившим боком, но делают это тайком и чрезвычайно редко. И немедленно соглашаются заменить его, когда требуешь. И если тебе не нравится один овощной магазинчик или ларёк, рядом всегда есть ещё пять или десять. Но иногда я смотрю по сторонам и понимаю, что вокруг меня в большинстве или, как минимум, не в малой части ходят всё те же люди, которые совсем недавно безо всякой указки сверху были готовы в любой момент организовать справедливое распределение гнили. Я смотрю на них - и мне становится не по себе. |
|
А что - говорят, Запад опять загнивает?
Социалисты, говорят, потирают лапки?
Говорят, они теребят в кармашке последнюю сотню долларов
и мысленно прощаются с любимым сортом спиртного?
И будто бы в Бутово уже формируют Трудармию?
И в Пекине задумчиво поигрывают шёлковой плёткой?
И теперь всё, пиздец, никакой анархии -
стой и до звонка складывай пряники в клееную коробку.
Или можешь призваться, к примеру, социалистическим дворником -
утром рано подмёл положенные трудармейские квадратные метры асфальта -
и всё - можно до вечера мирно дневать за коровником
или при свете дня изучать ноты для альта.
И не “Ваш звонок очень важен для нас я занимаюсь развитием бизнеса в этой кормушке”,
а “Ты, Петров, у меня под суд пойдёшь! Чтобы завтра была труба!”
Люди - обыденно скучные,
жизнь - борьба. |
|
|
|
<< [Первая] < [Предыдущая] 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [Следующая] > [Последняя] >>
|
| Результаты 1 - 4 из 36 |
